Однако подобные события становятся все более частыми — и способствуют формированию системы, в которой важнейший ресурс для мировой экономики оценивается, оплачивается и, в конечном итоге, реинвестируется в долларовые активы.
Эта концепция не нова. Начиная с 1970-х годов ценообразование на нефть в долларах США увеличивало глобальный спрос на эту валюту и приносило экспортную выручку нефтедобывающим странам, которая зачастую направлялась на рынки США.
Однако «нефтедоллар» — это лишь модель, а не предсказание. Он показывает, что когда производство, платежи и рециркуляция активов взаимно усиливают друг друга, незаменимый ресурс может закрепить валюту на мировых рынках.
«Нефтедоллар» для ИИ
ИИ может сформировать свою собственную версию этой динамики. Обсуждения о том, кто «победит» в экономике ИИ, часто сосредоточены на гонке за создание самых передовых моделей.
Но настоящая трансформация начинается тогда, когда производительность моделей выравнивается, а компании интегрируют ИИ в повседневную деятельность. В этот момент, точно так же, как сегодня мы говорим о долларах за баррель, мы, возможно, начнем рассматривать понятие «долларов за единицу вычислительной мощности».
В основе этого показателя лежит энергия. ИИ — далеко не невесомая технология. Центры обработки данных преобразуют электроэнергию в вычислительные мощности, за которые взимается плата, и которые сейчас бронируются на годы вперед.
Когда компания Anthropic подписывает 20-летний договор аренды с TeraWulf, поставщиком инфраструктуры, это очень напоминает ситуацию, когда промышленная компания обеспечивает себе долгосрочные производственные мощности. Это ставка со стороны предложения на то, что спрос на вычислительные мощности сохранится.
Со стороны спроса эта ставка вполне может оправдаться. Конечно, хотя многие компании экспериментируют с ИИ, лишь немногие перестроили свою деятельность с учетом его использования.
Что укрепит доминирование доллара
Однако новое консалтинговое подразделение OpenAI — Deployment Company (DeployCo) — намерено изменить эту ситуацию, направляя инженеров в компании для интеграции ИИ в их рабочие процессы. Как только такие системы будут внедрены, вычислительные мощности станут постоянными операционными расходами.
Это подводит нас к первому каналу, который укрепит доминирование доллара. Если в цепочке поставок ИИ будут доминировать компании, связанные с США, а цены будут устанавливаться в долларах, то глобальное цифровое производство будет вынуждено привлекать ликвидность в долларах, и выручка будет поступать в финансовую систему, в значительной степени основанную на долларе.
В отличие от нефтяных доходов, эти поступления не будут накапливаться за рубежом, прежде чем вернуться на рынки США.
Но счет-фактура — это лишь видимая часть. Под ней формируется невидимая инфраструктура: платежная система, по которой все чаще будет проходить агентская коммерция.
Партнерство OpenAI с Visa, направленное на создание этой инфраструктуры, указывает на более программируемое будущее. Если агенты ИИ начнут закупать услуги, организовывать логистику и пополнять запасы с минимальным вмешательством человека, платежи должны быть автоматизированы и адаптированы для машин.
Это второй канал, который укрепит доминирование доллара. В частности, привязанные к доллару стейблкоины могут обеспечить программируемые расчеты, необходимые для агентской коммерции.
Анонс Open USD — привязанной к доллару стейблкоина, поддерживаемого более чем 140 платежными, финансовыми и криптокомпаниями, — сигнализирует о том, что токены, привязанные к доллару, уже позиционируются для этой трансформации.
Эти два канала в конечном итоге могут слиться. Та же самая инфраструктура, которая обеспечивает программные расчеты в агентской коммерции через стабильные монеты, привязанные к доллару, могла бы облегчить вычислительные платежи так же легко, как и любые другие.
Таким образом, выставление счетов в долларах будет сочетаться с расчетами в стабильных монетах, превращая технологическую зависимость в денежную.
Есть ли варианты
В принципе, токенизированные депозиты или цифровые валюты центральных банков могли бы выполнять ту же функцию, что и стабильные монеты, привязанные к доллару.
Однако платежные системы поощряют ранние сетевые эффекты. Вопрос заключается не в том, являются ли стабильные монеты, привязанные к доллару, единственным вариантом, а в том, станут ли они первыми, кто сможет эффективно работать в международном масштабе.
Эта инфраструктура также обеспечивает обратную связь, поскольку спрос на программируемые доллары превращается в спрос на надежные активы, обеспечивающие их покрытие, — в частности, на казначейские облигации США. Агентная коммерция едва начала развиваться, а эмитенты стейблкоинов уже входят в число крупнейших покупателей казначейских векселей.
В совокупности эти события указывают на возможное появление цикла «энергия-вычислительные ресурсы-доллар». Электроэнергия питает центры обработки данных; центры обработки данных генерируют вычислительные ресурсы; вычислительные ресурсы позволяют автоматизировать бизнес-деятельность, включая платежи, которые способствуют программируемым расчетам; а резервы стейблкоинов поступают в казначейские облигации США.
Результатом станет самоусиливающийся цикл, связывающий инфраструктуру ИИ, цифровые платежи и финансовые рынки США.
Примечательно, что, по-видимому, ни одно правительство не координирует этот процесс.
В то время как нефтедоллар был построен на официальных соглашениях, его преемник, основанный на ИИ, формируется в основном за счет коммерческих решений. Поставщики облачных услуг обеспечивают себе земельные участки и электроэнергию. Компании, занимающиеся ИИ, объединяют модели в сервисы. Платежные группы создают инфраструктуру для стабильных монет. Эмитенты стабильных монет приобретают казначейские облигации. Каждый шаг сам по себе логичен; вместе они незаметно укрепляют доминирование доллара.
Как уменьшить зависимость
Это имеет важные последствия для политиков за пределами США — особенно в странах, которые годами пытались снизить свою зависимость от доллара. Страны АСЕАН+3, например, стремились осуществлять расчеты по торговым операциям в национальных валютах, объединять национальные платежные системы и объединять резервы для защиты от нехватки долларов.
Хотя страны АСЕАН+3 не могут предотвратить формирование самоусиливающегося долларового цикла, они могут ограничить свою зависимость от него.
Ключом к успеху станет объединение энергетики, искусственного интеллекта и платежей в единую стратегическую повестку дня. Региональные центры обработки данных, работающие на доступной и все более экологически чистой энергии, могли бы расширить доступ местных компаний к вычислительным ресурсам. А развитие токенизированных расчетов в местной валюте для агентской торговли снизило бы зависимость от долларовых систем и обеспечило бы прозрачность транзакций для регулирующих органов.
Цель для других стран заключается не в полной технологической самодостаточности, которая, вероятно, в ближайшее время недостижима. Скорее, речь идет об участии в цифровом производстве без принятия нового уровня зависимости от доллара в качестве платы за вход.
В конце концов, в отличие от нефтедолларовых соглашений, формирующаяся система ИИ не предлагает странам места за столом переговоров на каком-либо саммите.
Пока политики и экономисты обсуждают будущее доминирования доллара, компании, занимающиеся искусственным интеллектом, поставщики облачных услуг и платежные сети, возможно, уже вписывают его в следующую главу истории международной валютной системы.
Те, кто надеется повлиять на эту главу, должны действовать сейчас — иначе они рискуют остаться за кадром.
Чэньсю Фу,
экономист в Управлении макроэкономических исследований АСЕАН+3 (AMRO).
Сянго Хуан,
старший экономист в Управлении макроэкономических исследований АСЕАН+3 (AMRO).
© Project Syndicate, 2026.
www.project-syndicate.org
