Согласно британской отчетности, кайманская холдинговая компания семьи ожидает получить около $5,8 млрд дивидендов за 2025 год, пишет Bloomberg. Более половины этой суммы, как ожидается, будет выплачено в текущем году. В совокупности с предыдущими распределениями — около $15,1 млрд с 2017 года — общий объем выплат приближается к многолетнему максимуму.
Вертхаймеры унаследовали бизнес, основанный на наследии Габриэль «Коко» Шанель, и превратили его в один из наиболее прибыльных независимых домов моды в мире. Состояние братьев Алена и Жерара Вертхаймеров оценивается примерно в $85 млрд. Каждый из них владеет равной долей бизнеса через инвестиционную структуру, связанную с семейным офисом Mousse Partners.
Несмотря на возраст — Алену 77 лет, Жерару 75 — братья продолжают влиять на стратегию бренда. При этом операционное управление давно отделено от семьи: Жерар вышел из состава директоров, тогда как Ален занимает пост глобального исполнительного председателя.
Финансовые показатели Chanel остаются устойчивыми на фоне неоднородной динамики рынка люкса. В 2025 году выручка компании выросла на 1,8% и достигла $19,3 млрд. Темпы роста ниже, чем у Hermès и выше, чем у LVMH за сопоставимый период.
Для сравнения, Бернар Арно, контролирующий LVMH, получил около €23 млрд дивидендов за последнее десятилетие, тогда как семья, стоящая за Hermès, — примерно €7,2 млрд. На этом фоне Chanel выделяется масштабом выплат при ограниченной публичной отчетности и нулевой долговой нагрузке.
Компания придерживается консервативной финансовой политики и раскрывает полные финансовые показатели один раз в год. По данным представителей Chanel, политика нулевого чистого долга сохраняется вне зависимости от рыночных условий.
Параллельно семейный офис Mousse Partners диверсифицирует инвестиции за пределами люксового бизнеса. Портфель включает вложения в биотехнологии, медицинские сервисы, потребительские бренды, недвижимость и технологические стартапы.
Chanel сохраняет устойчивые финансовые показатели на фоне замедления в индустрии люкса, опираясь на стабильный спрос и консервативную финансовую политику.
