Безусловно, к таким проектам относится объявленная странами НАТО готовность вложить в ближайшие два десятилетия порядка $30 млрд в расширение сети военных трубопроводов в Восточной Европе и Турции. Об этом сообщает Bloomberg.
Однако речь идет не просто о строительстве новых трубопроводов. Фактически альянс начинает перестраивать систему снабжения своего восточного фланга, где после 2022 года сосредоточены основные усилия по укреплению коллективной безопасности.
Новая инфраструктура НАТО
По информации Bloomberg, расширение затронет существующую сеть трубопроводов, созданную еще в годы холодной войны. Она предназначена не для транспортировки сырой нефти, а для доставки готовых нефтепродуктов — прежде всего авиационного топлива и дизельного горючего — непосредственно к военным базам и аэродромам.
Сегодня основная часть этой системы сосредоточена в странах Западной Европы. Восточный фланг НАТО по-прежнему зависит главным образом от автомобильных и железнодорожных перевозок топлива, которые значительно более уязвимы в случае военного кризиса или диверсий.
Именно поэтому альянс намерен продлить сеть в сторону Польши, стран Балтии, Румынии, Болгарии и Турции.
По данным Bloomberg, стоимость программы может достигнуть $30 млрд, что делает ее одной из крупнейших инфраструктурных инвестиций в истории НАТО.
Такая система уже существует
Само расширение не означает создание сети с нуля. Еще в 1950-х годах страны НАТО построили Central Europe Pipeline System (CEPS) — систему трубопроводов, соединяющую Францию, Бельгию, Нидерланды, Германию и Люксембург.
Она до сих пор используется для снабжения авиационным топливом военных аэродромов и других стратегических объектов. Благодаря трубопроводам, НАТО может оперативно обеспечивать горючим авиацию, не полагаясь исключительно на автомобильные колонны или железную дорогу.
В этом контексте обсуждаемый на саммите проект фактически представляет собой продолжение этой системы в направлении восточного фланга альянса.
Очевидно, что в данном случае речь идет не только об инфраструктуре. Если проект будет реализован, это коренным образом скажется на вопросах региональной безопасности, взаимоотношений остальных стран с НАТО, а также экономических перспективах регионов, где пройдут эти трубопроводы.
Откуда нефть и топливо
Столь же очевидно, что если будет строиться сеть трубопроводов, то должны быть и источники поставок нефти или нефтепродуктов по этим магистралям.
И здесь возникают вопросы. Раньше среди основных поставщиков нефти и готового топлива в Европу была Россия. Сейчас этот канал закрыт.
В значительной степени снабжение европейских стран энергоносителями также осуществлялось из государств Персидского залива. Но как будет складываться ситуация вокруг Ормузского пролива, пока не до конца понятна.
Вероятно, в НАТО исходят из того, что источниками поставок непосредственно топлива могут стать крупнейшие нефтеперерабатывающие заводы Европы, работающие на сырье из Норвегии, США, стран Ближнего Востока, Казахстана, Азербайджана и других государств. В какой пропорции и по каким маршрутам, решаться будет путем отдельных договоренностей.
В связи с возможной реализацией проекта заметно возрастет роль крупнейших морских нефтетерминалов, через которые будет поступать сырье.
Румыния становится ключевым звеном
Особое значение в новой архитектуре приобретает Румыния. Страна располагает собственными нефтеперерабатывающими мощностями, добычей нефти и крупнейшим портом Черного моря — Констанца. Именно через этот порт уже проходят значительные объемы энергетических грузов.
Если проект НАТО будет реализован в заявленном виде, роль Румынии, как логистического узла восточного фланга альянса, может существенно возрасти. Это касается не только военного снабжения, но и развития складской инфраструктуры, транспортных терминалов, железнодорожных подходов и портовой логистики.
Именно поэтому Бухарест рассматривается как один из главных бенефициаров проекта наряду с Польшей и странами Балтии.
Как это скажется на Молдове
Хотя Республика Молдова не является участником НАТО, развитие инфраструктуры соседней Румынии имеет для нее практическое значение.
За последние годы именно Румыния стала основным направлением интеграции молдавской энергетики, транспортной инфраструктуры и внешней торговли с европейским рынком.
Дальнейшее усиление роли Констанцы и румынской логистической сети потенциально может повысить значение транспортных коридоров, которыми пользуются молдавские экспортеры и импортеры.
Кроме того, расширение инфраструктуры на востоке Европы, как правило, сопровождается инвестициями в дороги, железнодорожные соединения, терминалы хранения топлива и энергетические объекты. Косвенные эффекты таких проектов нередко выходят далеко за пределы стран, непосредственно участвующих в строительстве.
Нельзя сбрасывать со счетов и фактор укрепления безопасности. Проект стоимостью до $30 млрд отражает более широкий процесс, который развивается в Европе после 2022 года.
Если в предыдущие десятилетия внимание было сосредоточено на вооружениях и численности войск, то сегодня все большую роль приобретает инфраструктура: энергетические сети, морские порты, железнодорожные коридоры, склады топлива и системы снабжения.
Расширение сети трубопроводов показывает, что НАТО рассматривает надежность поставок топлива как один из ключевых элементов обороноспособности.
В этом смысле речь идет не просто о строительстве новых трубопроводов, а о формировании новой логистической архитектуры Восточной Европы, где Румыния получает шанс укрепить свое значение как одного из главных транспортных и энергетических узлов региона.
А Молдова, как ближайший сосед Румынии и Евросоюза, становится косвенным бенефициаром грядущих преобразования.
Правда, есть и «побочный эффект» этих планов НАТО: если противостояние между НАТО и Россией продолжится и, вполне вероятно, обострится, Молдова оказывается в самом эпицентре возможного конфликта. Это тоже надо учитывать.
