Быстрее всего реагируют крупнейшие производители — Индонезия, Малайзия, Таиланд, Вьетнам и Бразилия. Они упрощают регулирование и повышают допустимые нормы смешивания. Например, Бразилия планирует увеличить содержание этанола в бензине с 30% до 32%, Индонезия ускоряет переход к стандарту B50, а Малайзия — к 20% биокомпонентов в дизеле, пишет Bloomberg.
Биотопливо делают из сельхозсырья — кукурузы, сахарного тростника, сои и пальмового масла. Его главное преимущество — простота: такие смеси можно использовать в существующих двигателях и на действующих АЗС без масштабной перестройки инфраструктуры.
Спрос на биотопливо растет с начала 2000-х на фоне климатической политики. Сегодня под него уже занято до 6–8% мировых пахотных земель против примерно 1% двадцать лет назад. В США рост поддержан государственными квотами: страна производит около половины мирового этанола.
Однако быстрый рост обостряет старые проблемы. Расширение посевов под топливо сокращает площади под продовольствие, подталкивая цены вверх. В уязвимых странах это усиливает риск дефицита еды, особенно в условиях климатических сбоев.
Экологические претензии также усиливаются. В Бразилия биотопливо связывают с вырубкой лесов Амазонии под новые плантации. Европейский союз уже признал биодизель из пальмового масла фактором риска для лесов и намерен отказаться от него к 2030 году. Дополнительная нагрузка приходится на воду и почвы из-за интенсивного сельского хозяйства.
При этом биотопливо не решает проблему полностью. Оно менее энергоемко, чем нефть, а его доля в топливе ограничена техническими и экологическими нормами.
Как отмечает источник, биотопливо становится быстрым антикризисным инструментом для энергетики, но усиливает давление на продовольственные рынки и окружающую среду.
