OpenAI, Google, Microsoft, Anthropic и другие игроки инвестируют миллиарды долларов в создание передовых моделей, развитие вычислительных мощностей и строительство инфраструктуры. Государства вкладывают те же миллиарды в цифровизацию услуг на основе ИИ, в регулирование сферы применения таких систем, киберзащиту, внедрение ИИ в оборону, безопасность и госуправление.
Эта часть рынка требует ресурсов, которые доступны лишь крупнейшим экономикам и корпорациям. Создание любой генеративной модели мирового уровня означает не только наличие сильных программистов. Это куда более обширный круг требований и условий:
— тысячи специализированных процессоров;
— огромные объемы данных;
— дорогостоящая инфраструктура дата-центров;
— команды исследователей;
— многомиллиардные инвестиции.
Однако, под ИИ-экономикой сегодня понимается не только создание крупных языковых моделей, но и вся цепочка вокруг них: инфраструктура, данные, разработка прикладных решений, внедрение технологий в бизнес и государственное управление.
Для небольшой страны возникает естественный вопрос: есть ли у нее шанс в этой новой технологической гонке? И если есть, то в чем именно он заключается? И как его использовать?
История предыдущих технологических революций показывает: небольшие страны редко выигрывают за счет масштаба. Они выигрывают тогда, когда находят свою специализацию.
Найти свое место в ИИ-экономике
Появление информации о создании собственного решения на основе искусственного интеллекта в Техническом университете Молдовы стало поводом для более широкого вопроса: какое место небольшая экономика может занять в новой глобальной гонке ИИ?
Ответ, считают эксперты, заключается не в попытке создать собственный аналог ChatGPT, а в способности встроиться в мировую цепочку создания стоимости вокруг искусственного интеллекта — через образование, прикладные решения, цифровизацию бизнеса и развитие человеческого капитала.
Вот мнение на этот счет CEO Deeplace, одного из создателей Ассоциации частных IT-компаний и Moldova IT-park Вячеслава Кунева. «На глобальном рынке ИИ у малых стран, в принципе нет возможности конкурировать в рамках создания больших языковых моделей, создавая, например, аналог ChatGPT.
Но малые страны могут вполне конкурировать в создании специфических моделей данных и моделей знаний, которые необходимы для работы больших языковых моделей в конкретных областях знаний.
Дело в том, что для решения узкоспециализированных задач с помощью ИИ нужен как можно более специфичный под эту задачу и максимально качественный источник данных.
Таких готовых наборов данных по отраслям сейчас или очень мало, или совсем нет. А именно они обеспечивают нужную точность и качество работы ИИ на узкоспециальных задачах.
Молдова, например, может создавать такие наборы знаний и соответствующих ИИ моделей в виноделии и в ряде областей сельского хозяйства.
Важно то, что это весьма сложная задача, где нужно не только собрать сами данные, но и создать соответствующие модели данных для этой области, чтобы обеспечить возможности получения необходимого уровня и качества аналитики.
А это требует, в том числе, научной и академической работы, для которой в Молдове, пока еще, есть необходимые научные кадры».
Решают не только ресурсы и деньги
Эксперт очень точно определил место и роль малых стран в ИИ-экономике: не глобальная конкуренция, а встраивание в систему сбора данных со своим узкоспециализированным профилем и накопленным практическим опытом.
Идея проста: экономика искусственного интеллекта гораздо шире, чем несколько компаний, создающих крупнейшие модели. Вокруг ИИ формируется целая цепочка стоимости, в которой каждая страна и даже отдельная компания могут стать важным звеном этой цепочки.
На одном уровне находятся фундаментальные исследования и создание базовых моделей. На другом — инфраструктура: вычислительные мощности, облачные платформы, оборудование, системы хранения данных.
Но это только надстройка ИИ-экономики. В её основе находится огромный рынок конкретного применения технологий в самых разных сферах и областях:
— автоматизация бизнеса;
— финансовые сервисы;
— промышленность;
— сельское хозяйство;
— образование;
— государственное управление;
— медицина.
И многое еще другое, включая оборону, безопасность, научные исследования и т.д. Именно здесь у небольших стран появляется возможность встроиться в цепочку и на равных конкурировать.
Преимущество получает не тот, у кого больше всего ресурсов, а тот, кто быстрее превращает технологию в практический результат или создает новый кластер полезных данных.
Эстония: экспортную модель цифровизации
Опыт Эстонии часто приводят как пример того, что небольшая экономика может стать заметным игроком в цифровом мире. При этом эта страна в Прибалтике не пыталась создать собственный аналог крупнейших американских технологических корпораций.
Ее стратегия была другой: сделать государство цифровой платформой. В рамках такого подхода одним из ключевых элементов стала система цифровой идентификации граждан. И она стала настолько успешной и практичной в применении, что значительная часть государственных и коммерческих услуг в Эстонии переведена в цифровой формат, что стало одним из факторов формирования технологической экосистемы страны.
Через электронную идентичность жители страны получают доступ к широкому спектру услуг:
— налоговой отчетности;
— регистрации бизнеса;
— финансовым и государственным сервисам.;
— электронному голосованию.
Другим важным элементом стала система обмена данными X-Road. Она позволяет государственным учреждениям и организациям безопасно обмениваться информацией без создания единой централизованной базы данных.
В результате цифровизация стала не только инструментом удобства для граждан, но и частью экономической модели страны. На базе технологической экосистемы Эстонии выросли компании, которые вышли на международные рынки.
Например, компания Bolt, созданная в Таллине в 2013 году, превратилась в одного из заметных игроков европейского рынка мобильности и доставки.
Главный урок из этого опыта для Молдовы: не обязательно создавать технологический гигант мирового масштаба, чтобы стать частью глобальной цифровой экономики. Иногда достаточно создать среду, где появляются компании, способные решать реальные задачи.
Израиль: знания превращаются в глобальные технологии
Другой пример — Израиль. Страна с населением около 10 млн человек стала одним из мировых центров технологического предпринимательства.
Причина не только в финансировании или отдельных успешных компаниях. Ключевую роль сыграла комплексная и правильно выстроенная вертикаль подготовки научных кадров, исследований и их внедрения. В этой связке задействованы университеты, исследовательские центры, инженерные кадры в реальном бизнесе, венчурный капитал и государство.
Один из наиболее известных примеров в мировом масштабе — компания Mobileye. Она была создана на базе академических исследований в области компьютерного зрения и разработала технологии для систем помощи водителям и автономного транспорта.
В 2017 году компания была приобретена Intel примерно за $15,3 млрд.
Другой пример — навигационный сервис Waze, созданный израильскими предпринимателями. В 2013 году его приобрела Google примерно за $1 млрд.
Эти истории показывают важный принцип: маленькая страна может создавать не обязательно конечный продукт для миллиардов пользователей, а технологический компонент, который становится частью глобального рынка.
Для Молдовы этот опыт важен тем, что показывает: конкурентное преимущество небольшой экономики может формироваться вокруг специалистов, исследований и технологий, которые затем интегрируются в глобальные продукты.
Где может быть место Молдовы
Наряду с этими примерами для Молдовы может быть интересен и опыт Финляндии – то же не очень большой страны. Сегодня Финляндия делает ставку на развитие искусственного интеллекта через исследовательские центры и партнерство науки и бизнеса.
Например, Finnish Center for Artificial Intelligence объединяет университеты и компании для развития прикладных ИИ-решений.
И такой подход может быть особенно актуальным для Молдовы: главным ресурсом небольшой страны становятся не количество вычислительных центров, а количество людей, способных создавать и применять технологии.
Поэтому ключевой вопрос для Молдовы заключается не в создании универсальной модели мирового уровня, а в выборе сфер, где собственные компетенции могут дать экономический эффект.
Но это не означает отсутствие возможностей. У страны есть несколько потенциальных преимуществ:
— развитый IT-сектор;
— технический университет с хорошей базой подготовки кадров;
— специалисты, ориентированные на международный рынок;
— близость к Европейскому союзу;
— опыт экспорта цифровых услуг.
История с разработкой «собственного ChatGPT» в Техническом университете Молдовы (как и запуск до этого собственного спутника) важна именно в этом контексте.
Ее значение не только в самом продукте. Главный вопрос — формируется ли вокруг таких инициатив экосистема, включающая в себя подготовку специалистов соответствующего направления, системные исследования, сотрудничество с бизнесом для практического внедрения разработок.
А главное – есть ли у государства желание и стремление поддержать такие начинания.
Цель — создание интеллектуальных решений
Эксперты сходятся во мнении, что следующим этапом развития ИИ-экономики станет создание технологических решений для конкретных отраслей.
В этом контексте для Молдовы очевидны направления, которые могут стать перспективными точками применения как собственных ИИ-разработок, так и глобальных. На это указал и Вячеслав Кунев.
К примеру, в сельском хозяйстве ИИ способен помочь прогнозировать урожайность; анализировать состояние почвы; оптимизировать использование ресурсов; снижать производственные риски.
Для страны с сильным аграрным сектором это одно из наиболее очевидных направлений.
Кроме того, компании могут использовать искусственный интеллект для анализа зарубежных рынков; автоматизации документооборота; работы с клиентами; повышения эффективности производства.
Государство тоже может быть значительно более эффективным, если начнет использовать ИИ-сервисы для обработки документов и улучшения документооборота, ускорения административных процессов, повышения качества государственных сервисов и т.д.
И во всех этих сферах Молдова может быть не только потребителем чужих технологий, но и создателем собственных решений. Которые, при правильном подходе, могут стать и серьезной экспортной нишей.
Другими словами, в эпоху ИИ выигрывать будут не только те, кто создает самые мощные алгоритмы. В выигрыше будут и те, кто лучше понимает, как превратить эти алгоритмы в экономическую ценность.
Подписывайтесь на наши обновления
