Но это различие начинает исчезать. Европа пытается восстановить промышленную базу, а у Китая появился интерес к влиянию на международные стандарты и систему управления. Пока европейские власти изучают промышленную стратегию Пекина, китайское руководство пришло к пониманию того, что Европа поняла уже давно: долгосрочное доминирование обеспечивает не просто создание технологий, но и разработка правил, которые регулируют эти технологии.
Эти тенденции объясняются изменениями в структуре геоэкономической власти. Вопросы, кто контролирует ресурсы, производит продукцию или лидирует в тех или иных технологиях, уже не являются решающими.
Важно, кто управляет цепочками создания стоимости, которые обеспечат новый энергетический и технологический переход. Эти цепочки не просто связывают между собой заводы; они организуют финансы, логистику, цифровую инфраструктуру, стандарты и целые промышленные экосистемы, формируя механизм экономической власти.
Европейский аспект этой истории известен. Столкнувшись с промышленным господством Китая в технологиях чистой энергетики и с усилением своей зависимости, Евросоюз вновь открыл для себя промышленную политику. Европейские законы «О промышленном ускорении», «О критически важных сырьевых материалах» и связанные с ними меры стали следствием понимания, что климатические амбиции без промышленного потенциала создают зависимость, а не устойчивость.
Китай включился в формирование глобальных правил
Китайский аспект этой истории привлекает меньше внимания. После двадцати лет строительства крупнейшей в мире экосистемы для производства солнечных панелей, аккумуляторов, электромобилей и энергосетей Китай пришёл к выводу, что одного промышленного лидерства недостаточно. И это побудило его вложиться в формирование глобальных правил.
Наиболее заметный признак этих перемен – институциональный. В рамках новой Организации развития и сотрудничества в сфере глобальной энергетической интеграции (GEIDCO) Китай создаёт технические комитеты, чтобы устанавливать стандарты для фотовольтаики, водорода, накопителей энергии, высоковольтной передачи, умных энергосетей, учёта углерода.
Всё это может показаться техническими вопросами, но они намного важнее. Это попытка Китая взять под контроль операционную систему экономики чистой энергетики. Страна, устанавливающая отраслевые стандарты, не просто регулирует некую технологию. Она ставит себя в такое положение, которое позволяет ей направлять инвестиции, решать, что с чем совместимо, и закреплять архитектуру, на которую обязаны опираться все остальные.
Европа понимает это уже много десятилетий. Её единый рынок создавался на базе общих правил, а не только снижения пошлин, при этом европейские стандарты традиционно становились глобальными.
Но теперь европейские лидеры обнаружили, что правила без производственного потенциала не обеспечивают стратегической автономности, а Китай понял, что заводы без стандартов ограничивают его международное влияние. Каждый стремится получить стратегические преимущества, которые другая сторона совершенствовала десятилетиями.
Но это совпадение не предполагает обязательной симметрии. Каждая сторона выходит за пределы своей традиционной сферы доминирования, а значит, сталкивается с новыми, незнакомыми проблемами. Восстановление промышленной базы требует капиталов, дешёвой энергии, плотной сети поставщиков, неявных знаний. Ничего этого не получить, занимаясь регулированием.
Но устанавливать глобальные стандарты ничуть не проще. Страна может заполнить все технические комитеты, но всё равно не заставит остальной мир принять свою продукцию. Если завод надо построить, то стандарт должен получить широкое признание.
Подобные задачи не являются лёгкими и быстровыполнимыми. Поскольку и Китай, и Европа пытаются освоить нечто совершенно новое для себя, вопрос, каким будет результат, остаётся открытым.
Третий этап гонки чистой энергии
На результат будет также влиять третий важный фактор: все остальные страны. Эта большая группа, конечно, не является монолитной. Есть горстка амбициозных стран (Индия, Индонезия, Бразилия и ряд стран Персидского залива), которые создают собственный промышленный потенциал и используют критические минералы, растущие рынки и терпеливый капитал как рычаги, помогающие им претендовать на долю в новых цепочках создания стоимости.
Но большинство стран не могут следовать подобной стратегии. Они не будут ни разрабатывать стандарты, ни строить заводы, поэтому они получат операционные системы, разработанные в Брюсселе или Пекине, смирясь с зависимостью, которую они не выбирали.
Есть ещё Америка, которая решили выйти из этой гонки, полностью отказавшись от энергоперехода. Вместо строительства заводов или разработки правил электрификации, США возводят тарифные стены, уступая поляну Европе и Китаю.
Ставки высоки, поскольку управление цепочками создания стоимости – это в такой же мере политический вопрос, как и технический. Это небольшая конституция, способная незаметно распределять преимущества и обязательства на десятилетия вперед.
Именно поэтому традиционные подходы к промышленной политике должны измениться. Слишком часто они сводятся лишь к субсидиям, пошлинам, отечественным заводам.
Но если первый этап гонки в сфере чистой энергетики сводился к изобретению технологий, а второй этап – к их массовому производству, то третий будет касаться управления цепочками, в которых они циркулируют, связываются, создают стоимость.
Для Европы урок не просто в том, что надо строить больше заводов. Реальным стратегическим преимуществом Европы является её доказанная способность превращать собственные правила в правила для всех. Ей не следует считать эту способность гарантированной, особенно сейчас, когда она оспаривается. Европа должна и дальше разрабатывать разумное регулирование и предлагать миру стандарты, достойные внедрения, а не просто терпеливого отношения.
Энергопереход вознаграждает редкую комбинацию: способность производить; авторитет для установления правил; институты, способные удержать от развала сложные системы.
Ни одна из сторон не сможет выиграть, полагаясь лишь на свои традиционные сильные стороны.
Эммануэль Герен,
проректор Парижской климатической школы при институте Sciences Po, специальный советник гендиректора Европейского климатического фонда (ECF).
©: Project Syndicate, 2026.
www.project-syndicate.org
