По его мнению, заявление депутата парламента, что «6 из 10 сельскохозяйственных рабочих работают неформально», является ошибочным и является результатом неверной интерпретации статистических данных.
Ошибка связана с определением понятия «неформальная работа». Методология НБС, соответствующая стандартам Международной организации труда, включает в эту категорию не только незадекларированную работу, но и две важные группы: самозанятых работников (мелких фермеров) и членов крестьянских хозяйств. Они осуществляют легальную деятельность, но классифицируются как «неформальные», поскольку не имеют статуса наемных работников и не пользуются определенными правами (зарплата, отпуск) в соответствии с действующим законодательством.
Количественный анализ проясняет ситуацию. Из примерно 108,4 тыс. человек, занятых в сельском хозяйстве, около 35 тыс. являются наемными работниками, более 10 тыс. — зарегистрированными поденными рабочими, и не менее 36 тыс. — членами крестьянских хозяйств. В общей сложности это означает, что не менее 81 тыс. человек имеют четкий правовой статус, то есть почти 8 из 10 работников.
Остальные примерно 27,4 тыс. человек — это в основном малые производители, работающие на собственное потребление.
Называть сельскохозяйственный сектор «уклоняющимся от ответственности» опасно, особенно в контексте серьезного кризиса рабочей силы, считает эксперт. За последние годы сельское хозяйство потеряло более 46 тыс. работников. А подобные заявления могут привести к злоупотреблениям контролем, отпугнуть инвестиции и прекратить еще живую сельскохозяйственную деятельность.
«Сельскому хозяйству нужна политика, основанная на достоверных данных и поддержке, а не на общественной стигматизации», резюмирует Александру Бэдэрэу.
