Что кроется за финансовой паузой МВФ?

Ион Стурза

В 2021 году, когда только начинались переговоры по новой программе, МВФ отмечал, что власти Молдовы добились “похвального прогресса в оздоровлении банковского сектора и укреплении макрофинансовой стабильности”, за что и были “награждены” новой 40-месячной программой. Предполагалось, что предложенные меры в новой программе – если они будут правильно организованы и решительно реализованы – “принесут значительные выгоды в среднесрочной перспективе и приведут к высвобождению неиспользованного экономического потенциала Молдовы”. Но что-то пошло не так.

Правительство Молдовы подтвердило, что транш МВФ в этом году не был перечислен. Как следствие, в проекте поправок к бюджету на текущий год внешнее финансирование сокращается на 2 661,3 млн леев. “Сокращение поступлений по заёмным средствам для поддержки бюджета обусловлено исключением последнего транша в размере 2,9 млрд леев в связи с завершением программы финансирования с МВФ”, – поясняет министерство финансов.

“Соломка” для бюджета

Глава минфина Адриан Гаврилицэ заверил, что правительство подготовило все необходимые меры, чтобы отсутствие транша МВФ не сказалось на стабильности бюджета и финансовой дисциплине страны.

“Соответствующий транш не был перечислен, но у нас были достаточные источники финансирования. Если обратить внимание на корректировку бюджета, мы фактически имеем сокращение расходов на обслуживание долга на $300 млн. Поэтому это не стало проблемой. В этот период, с одной стороны, у нас были средства, которые должны были остаться в резерве. Есть заём от французской стороны, по которому мы увеличиваем квоту займа в не худших условиях. Также имеются источники финансирования в рамках плана роста с ЕС. Мы убедились, что даже без траншей МВФ финансирование происходило в не худших условиях”, – заявил Адриан Гаврилицэ.

Так, 25 млн евро (примерно 493,8 млн леев) включены на основании кредитного соглашения для поддержки бюджета, предоставленного Французским агентством по развитию. Проект ратификации Соглашения о кредитной линии на 25 млн евро, которая называется “Программа зелёного энергетического перехода”, уже на повестке депутатов.

Пытаясь объяснить причины преждевременного “свертывания программы”, председатель парламентской комиссии по экономике, бюджету и финансам Раду Мариан отметил, что в Молдове осенью “был переходный период – выборы, когда существует некоторая неопределённость, ситуация, в которой одно правительство уходит, другое приходит, и приоритеты немного меняются”.

Он подтвердил, что не поступившие от фонда средства удалось найти из других источников – как внутренних, так и внешних, “на схожих условиях”.

“Наш предыдущий программный цикл завершился. Были определённые расхождения в политике. Миссия МВФ должна приехать в декабре, чтобы оценить, что удалось реализовать, а что нет. Ведь МВФ предоставляет кредиты на выгодных условиях в обмен на меры, которые должно предпринять правительство, и которые мы согласовываем. Конечно, правительство делает то, что считает важным и полезным для людей. Иногда могут возникать серьёзные различия в подходах, иногда – нет. В декабре миссия приедет, посмотрим, что было сделано, что не выполнено, и, возможно, возобновим переговоры по новому программному соглашению”,- рассказал Мариан в одной из передач.

Эксперты связывают блокировку двух последних траншей МВФ с тем, что правительство не выполнило часть обязательств. В частности, по словам экономического эксперта Стаса Мадана, речь идет о непринятии законов об отмене налоговых льгот и расширении налоговой базы, что должно было принести дополнительно около 900 млн леев в год, начиная с 2026-го.

“Правительству был дан срок до 30 сентября 2025 года, чтобы внести соответствующие изменения в законодательство. Очевидно, этого сделано не было, поскольку шла избирательная кампания, а подобная мера была бы политическим самоубийством. Возникает закономерный вопрос к бывшему правительству: как можно было так “гениально” договориться, взяв на себя обязательство выполнить столь непопулярное условие именно в период, когда заранее было известно о выборах?”, – прокомментировал Мадан на своей странице в соцсети.

Это подтвердил и экс-премьер Ион Кику: “То, что они отрицали во время избирательной кампании в своих заявлениях о введении НДС на онлайн-покупки, не было просто спекуляцией оппозиции. Они взяли на себя обязательство сделать это с 1 января 2026 года, но из-за предвыборной кампании мы, во всяком случае, в публичном пространстве не видели, чтобы они это утвердили – а это задолженность”, – заявил Кику.

Миссия невыполнима?

Раду Мариан не предвидит пересмотра основных налогов в ближайшее время: “Я не предвижу повышения основных налогов – будь то НДС или подоходный налог – в ближайшее время. У нас уровень госдолга более чем разумный, а бюджетный дефицит находится в лучшем положении по сравнению со странами региона”.

Однако экономист Владимир Головатюк не столь оптимистичен. По его мнению, 2025 год, скорее всего, удастся “дотянуть” за счёт имеющихся резервов, но 2026-й будет тяжелым – без новых программ МВФ и при истощении резервов правительству будет трудно исполнять все обязательства.

“Последний транш кредита, который не поступит от МВФ, будет заменен использованием накопленных остатков на казначейских счетах. Когда в июне и августе поступили займы в размере более 440 млн евро, часть из них не была использована, а осела на казначейских счетах. Объем остатков на этих счетах вырос с 5,5 млрд леев в мае до 11,7 млрд леев в сентябре. Так вот, изменениями госбюджета на 2025 год предусмотрено, что на 31 декабря на счетах останется всего 3,3 млрд лев. Это почти вдвое ниже, чем было на начало года – 6,1 млрд. Учитывая, что в январе, особенно в первые две недели – полный штиль, а расходы, прежде всего по зарплате, пенсиям и различным пособиям выплачивать надо, снижение остатков на конец года – это серьёзная проблема”, – отметил в соцсети Головатюк.

В общественном пространстве циркулирует множество сценариев – одни мрачнее других: от заимствований на внутреннем рынке до любых других источников на любых условиях и даже возможного отказа в финансировании со стороны других партнёров. Экс-премьер Влад Филат назвал ситуацию “эффектом домино: без МВФ пошатнутся и другие внешние партнёры”. Примар Ион Чебан посетовал, что в публичное пространство попадает лишь какая-то обрывочная информация, которая скорее запутывает, чем вносит ясность. И это “усиливает беспокойство и даже панику в обществе”.

Cherchez la femme

Общество хотело бы получать от правительства, и прежде всего премьер-министра Александру Мунтяну, более содержательную информацию, в том числе по вопросам сотрудничества с МВФ. Эту роль взял на себя бывший премьер-министр Ион Стурза. Он представил “реальную” причину, которая привела к приостановке финансирования. И сводится она к банальным “разборкам”.

“Речь идет о личной обиде некоторых сотрудников МВФ, которым не удалось навязать руководству страны определенные решения, которые я считаю вмешательством во внутренние дела. Конкретные примеры – смена руководства Нацбанка Молдовы, унаследованного от Плахотнюка, и назначение по политическим критериям членов Административного совета НБМ. Плюс некоторые законодательные изменения, которые ограничивали бы независимость Нацбанка. МВФ категорически против. Смена госпожи Вероники Драгалин (проживающей в США, – прим. ред.) с поста руководителя Антикоррупционной прокуратуры и остановка обещанной реформы – отсутствие логистической поддержки, здания, кадров. Известна дружеская связь этого прокурора с местным персоналом МВФ. Можно сказать, “американцы с американцами”, – написал Ион Стурза, назвав это личной версией.

На это указывает и эксперт Вячеслав Ионицэ: “Одна из важных причин, по которой МВФ заблокировал два транша – а шансы возобновления переговоров в декабре практически отсутствуют – связана с ситуацией с Антикоррупционной прокуратурой. Вместо того чтобы укреплять это учреждение, власть использует манипуляции типа PACO, стремится подчинить её политически и сделало всё возможное, чтобы её руководитель, госпожа Вероника Драгалин, подала в отставку. Результат: вместо того чтобы усиливать антикоррупционные механизмы, мы окончательно их ослабляем”.

Молдавские метаморфозы

На этом фоне с молдавским обществом произошла неожиданная метаморфоза – большая часть комментаторов, оппозиционных политиков приняли сторону МВФ. Лояльные к власти известные деятели, наоборот, стали открыто и смело критиковать политику МВФ. Как отметил социолог Дору Петруци, “те, кто до выборов “вешал лапшу на уши” людям, теперь стараются объяснить, какой МВФ плохой и бесполезный, и что лучше бы обойтись без него”.

Вот и Иона Стурзу “прорвало”: “Раз уж случай подвернулся, не могу упустить возможность выразить все свои личные фрустрации и сомнения по поводу МВФ и, косвенно, других международных институтов, которые держат нас под постоянным финансовым и политическим контролем – порой тонким, порой откровенным. Официально миссия МВФ заключается в том, чтобы способствовать экономической и финансовой стабильности в мире, поддерживая страны-члены в сохранении макроэкономического баланса и развитии устойчивой экономики. Формулировка безупречная, без сомнения. Но между формулировкой и реальностью часто зияет пропасть: жесткие условия, навязанные реформы, фискальная строгость и растущая зависимость от займов, которые зачастую держат маленькие страны в порочном круге “вечной помощи”.

Сегодня Еврокомиссия называет Молдову “лучшим учеником класса”. Видимо, именно этот статус придаёт властям смелости “дерзить” МВФ. Что ж, главное – не разочаровать учителей. И помнить, что они иногда меняются.