Победы левых партий на недавних выборах во Франции и Великобритании, возможно, возвещают наступление новой эры климатической политики в Европе. Новое лейбористское правительство Британии выступило с амбициозными планами по расширению мощностей возобновляемой энергетики. И хотя во Франции продолжаются сложные коалиционные переговоры, климатические скептики с крайне правого фланга потерпели там поражение.
Покушение на бывшего президента США Дональда Трампа стало уже второй в этом году попыткой убийства политического лидера-популиста. Два месяца назад был серьёзно ранен премьер-министр Словакии Роберт Фицо: в него выстрелили четыре раза с близкого расстояния. Возобновление политического насилия в мире становится явной угрозой.
В США быстро приближаются ноябрьские выборы, а демократы продолжают спорить, на чём делать акцент в предвыборной кампании: на экономике или на будущем демократии. Но, как показывает наше исследование, проведённое в Чикагском центре демократии, эти два вопроса тесно связаны: высокий уровень неравенства доходов повышает риск скатывания демократии к авторитаризму.
Чего-то явно не хватает в потоке комментариев после дебатов между президентом США Джо Байденом и Дональдом Трампом. Хотя суждения избирателей о личности кандидата и его персональных качествах важны, каждый должен помнить известное изречение: «Глупец, всё дело в экономике». В потоках откровенной лжи, которую извергал Трамп в течение этих дебатов, наиболее опасные ложные утверждения касались экономических достижений – его собственных и Байдена.
Теперь, когда пятилетняя предвыборная борьба за места в Европарламенте завершилась, европейские политики должны как можно быстрее перейти от конкуренции друг с другом к оказанию помощи Европе в глобальной конкуренции. Несмотря на то, что Европа отчаянно нуждается в укреплении своей коллективной промышленной мощи, внутренние разногласия и соперничество уже долгое время стоят на этом пути. Недавно согласованный межправительственный список приоритетных задач подтверждает, что в предстоящие годы эта тема станет основной для ЕС.
Трудно представить себе вопрос, который бы лучше объединял глубоко расколотый политический класс в США, чем необходимость сдерживать растущее влияние Китая – с помощью торговых ограничений, пошлин на китайские электромобили или запрета TikTok. Но хотя связанные с национальной безопасностью аргументы в пользу этих протекционистских мер, несомненно, убедительны, не очень ясно, насколько политические лидеры и общество США готовы к их потенциальным экономическим последствиям.
Когда партия президента Франции Эммануэля Макрона серьёзно проиграла ультраправой партии «Национальное объединение» на выборах в Европарламент, он шокировал всех, распустив Национальное собрание и объявив досрочные выборы. Макрон оправдывал своё решение тем, что выборы должны «прояснить» политическую ситуацию, однако его соотечественники так не думают.
Для решения беспрецедентно огромной и деструктивной проблемы изменения климата требуется смелое новое мышление и срочные действия. Но со времён начала пандемии Covid-19 и вторжения России в Украину в мировой повестке дня доминируют геополитические противоречия, что препятствует коллективной работе по решению этой экзистенциальной проблемы.
Внешняя политика Евросоюза вскоре обретёт новых руководителей. Хотя Урсула фон дер Ляйен, судя по всему, хорошо позиционирована, чтобы сохранить пост председателя Еврокомиссии, будут назначены новый председатель Европейского совета и новый шеф внешней политики. В наследство им достанется незавидная повестка дня, включая российское вторжение в Украину и продолжающуюся войну Израиля и ХАМАС в Газе. Однако для определения места Европы в мире наиважнейшим будет другой вопрос: как они отреагируют на возросшую агрессивность Китая.
Мир пылает в огне, а наши политические лидеры ничего не делают. Поскольку температура повышается угрожающими темпами, число тех, кто верит в возможность ограничения глобального потепления уровнем 1,5° по Цельсию, быстро сокращается; они в меньшинстве.
Не так давно было время, когда истощение озонового слоя Земли казалось непреодолимой проблемой. Десятилетия использования вредных химических веществ, таких как хлорфторуглероды (ХФУ), угрожали нанести непоправимый ущерб нашей планете. Если не принять оперативных мер, мы столкнемся с риском дестабилизации климата, коллапсом экосистем и развалом нашей продовольственной системы. Последствия, которые когда-то были почти немыслимыми, стали до боли реальными.
«Зелёный курс» Евросоюза является одной из его самых успешных и преобразующих политических программ. Она открывает ясный путь к достижению полной экологической устойчивости к середине века. Однако сейчас возникли новые сложности, в числе которых усиление враждебности геополитического ландшафта и обострение кризиса, связанного с климатом и биоразнообразием. Они требуют рекалибровки программы «Зелёный курс» с целью гарантировать достижение поставленных в ней целей.
В конце апреля, выступая в Сорбонне, Президент Франции Эммануэль Макрон предложил европейским лидерам рассмотреть возможность расширения мандата Европейского центрального банка, за счет включения в него цели по декарбонизации. Его предложение по большей части было проигнорировано; для многих оно, вероятно, представляется слишком радикальным, чтобы его стоило обсуждать. Но на самом деле оно вовсе не радикально, и его игнорирование было бы равносильно упущенной возможности.
Мексика впервые в своей истории избрала президентом страны женщину, причём редкий случай – предвыборная борьба велась между двумя женщинами. А в Национальное собрание Южной Кореи на недавних выборах было избрано рекордное число женщин. Хотя можно лишь приветствовать эти результаты как успехи в повышении гендерного равенства, они являются скорее исключением. Ситуация в целом является удручающей.
В июне сотни миллионов избирателей проголосуют на выборах в Европарламент, и многие из них будут задаваться вопросом: а что для них сделал Евросоюз с 2019 года, когда состоялись предыдущие выборы.
Климатические изменения продолжают опустошать Африку, которая страдает от экстремальных погодных явлений и природных катастроф в беспрецедентных масштабах. В моей стране – Кении – только что завершилась самая длительная засуха в её истории, но затем случились разрушительные наводнения, которые убили 289 человек и негативно повлияли на жизнь более 800 тысяч человек. Тем временем в Малави, Замбии и Зимбабве миллионы людей голодают из-за сильной засухи, а по региону Сахель ударила испепеляющая жара, которая привела к гибели более 100 человек в Мали.
С тех пор как в 2019 году была представлена программа «Европейский зелёный курс», председатель Еврокомиссии Урсула фон дер Ляйен расхваливает её как новую программу экономического роста в Евросоюзе. Хотя главная цель этой стратегии связана с климатом (сократить выбросы парниковых газов в ЕС до нетто-нуля к 2050 году), она предполагает, что эта цель будет достигнута с помощью модернизации экономики и содействия инновациям. Однако не всех убеждают эти аргументы.
Заявления о предполагаемом избытке промышленных мощностей в Китае спровоцировали острые политические дискуссии. Во время апрельского визита в Китай министр финансов США Джанет Йеллен утверждала, что в ситуации, «когда мировые рынки наводняются китайскими товарами с искусственно заниженными ценами, жизнеспособность американских и других иностранных компаний оказывается под вопросом». Она добавила, что то же самое наблюдалось и десять лет назад.
В прошлом году, когда страны всего мира регистрировали рекордно высокую температуру, генеральный секретарь ООН Антониу Гутерреш выступил с предложением: «Мы должны превратить год сильной жары в год сильных амбиций». Однако для отказа от ископаемых видов топлива и раскрытия потенциала экономических выгод «зелёного перехода» (в их числе создание новых рабочих мест и всеобщий доступ к экологически чистой энергии) лидеры экономики и правительства должны вместе работать над превращением обещаний, данных на Конференции ООН по изменению климата в Дубае (COP28), в реальные гигаватты возобновляемой энергетики.
За месяц до выборов в Европейский парламент многие европейские отрасли промышленности борются за выживание. Но вместо того, чтобы принимать трудные решения, необходимые для обращения вспять промышленного спада в Евроcоюзе, лидеры зачастую соглашаются на статус-кво. Некоторые лидеры-популисты даже выступают против планов модернизации индустриальной базы Европы, при этом фактически вводя в заблуждение общественность.
