Перед лицом европейского энергетического кризиса политические и экономические лидеры Италии, третьей по величине экономики Европейского союза, сталкиваются с двумя противоборствующими силами. С одной стороны, существует страх перемен, заставляющий политиков прибегать к старым решениям: бурению, новым газопроводам и газификаторам, а также усилиям по добыче углеводородов в Африке и на Ближнем Востоке. С другой стороны, существует давление на инновации со стороны электроэнергетики и всех тех слоев общества, которые видят в этом кризисе четкий сигнал, что эра ископаемого топлива заканчивается.
Недавняя Конференция Организации Объединенных Наций по изменению климата (COP27) в Шарм-эль-Шейхе продемонстрировала обнадеживающие, хотя и недостаточные, признаки зарождающегося политического консенсуса в вопросе всеобщей солидарности перед лицом глобального потепления. Теперь внимания мировых лидеров требует следующий экзистенциальный риск для людей и планеты — тревожная, нарастающая утрата биоразнообразия.
Доверьте Международной федерации футбольных ассоциаций, более известной как FIFA, составление рекламного девиза — и им непременно окажется глупый слоган, такой, как для Чемпионата мира в Катаре: «Футбол объединяет мир». В официальном рекламном ролике аргентинец Лионель Месси и бразилец Неймар произносят его на испанском и португальском языках. Так что же, футбол действительно объединяет мир?
Компании обычно стараются минимизировать «риски ключевых сотрудников»: они даже страхуют возможную потерю топ-менеджеров из-за их смерти, болезни или травмы. Но как показывает крах криптобиржи FTX, обвал акций Meta, хаос в компании Twitter после её приобретения Илоном Маском, с «ключевыми сотрудниками» может быть связан совершенно иной вид угроз. Можно назвать его «наполеоновским риском основателя». Наверное, инвесторам и кредиторам следует требовать премию за риск, что звёздный предприниматель может вдруг превратиться в эгоманиакального диктатора, сжигающего их деньги.
Зачем Илон Маск купил Twitter? Его официальный ответ – «чтобы защитить свободу слова и демократию» – настолько малоубедителен, что вопрос остаётся. Неоднократные ссылки Маска на эти идеалы для оправдания важных решений, которые он принял с момента покупки, настолько противоречивы, что вызывают глубокие подозрения по поводу его мотивов.
Эпический крах крипто-империи вундеркинда Сэма Бэнкмана-Фрида FTX, которая оценивалась в $32 млрд, явно войдёт в историю, как одно из величайших финансовых фиаско всех времён. В этом сюжете масса знаменитостей, политиков, секса и наркотиков, поэтому у продюсеров художественных и документальных фильмов появились новые светлые перспективы. Однако, перефразируя Марка Твена, слухи о смерти собственно крипты сильно преувеличены.
Европа испытывает перебои в поставках энергоносителей. Ближний Восток и Африка страдают от дефицита зерна. Практически все страны пытаются заполучить полупроводники. Поскольку перебои в международных потоках важнейшей продукции участились, странам и компаниям предстоит принимать серьёзные решения. И, наверное, наиболее фундаментальный выбор, который им предстоит сделать, таков: следует ли отказаться от глобальной интеграции или найти к ней новые подходы.
Спустя всего несколько дней после нападения России на Украину канцлер Германии Олаф Шольф объявил, что в подходах Германии к обороне и внешней политике грядут эпохальные перемены (Zeitenwende). После этого в различных комментариях и выступлениях он подтверждал свою приверженность углублению европейской интеграции в сфере безопасности, а также экономической координации. А в сентябре министр иностранных дел Германии Анналена Бербок заявила, что Германия намерена проводить феминистическую внешнюю политику с большей опорой на ценности и направленную на защиту либерального порядка от авторитаризма.
Нападение России на Украину подчеркнуло опасную зависимость Европы от ископаемого топлива, а всё более частые и мощные погодные явления, вызванные изменением климата, подчёркивают, что эта зависимость от ископаемого топлива сеет смерть и разрушения. И поэтому понятно, почему сегодня достигло рекордного уровня политическое и общественное давление с требованиями сократить выбросы парниковых газов, отказаться от опасных первичных энергоносителей и развивать новые, надёжные, безопасные и финансово доступные источники энергии. Однако вместо спешки, нам следует сначала внимательно подумать о том, какие именно варианты решений наиболее реалистичны, и как они будут применяться и внедряться в реальном мире.
Прошло почти ровно сто лет после «Марша на Рим» фашистского лидера Бенито Муссолини и его назначения премьер-министром Италии. И теперь итальянским премьер-министром стала Джорджа Мелони – политик, чья партия ведёт происхождение от этих изначальных фашистов. Неужели мы стали свидетелями возвращения фашизма (в более скромной версии) – политического явления, которое после 1922 года вышло далеко за пределы Италии?
Попросите двух разных экспертов по климату на Конференции Организации Объединенных Наций по изменению климата в Египте (COP27) описать свои взгляды на будущее, и вы получитe совершенно разные ответы. «Мы видим больший прогресс, чем когда-либо могли себе представить», — говорит один. А другой сокрушается, что мы несемся, как лемминги, с обрыва на всех парах. Они оба не могут быть правы, не так ли?
Зависимость Запада от Китая в плане так называемых важнейших полезных ископаемых когда-то беспокоила лишь горстку экспертов и политических аналитиков. Теперь беспокойство стало мейнстримом, захватив заголовки и став предметом документального сериала BBC. Но нам еще предстоит адекватно ответить на самый главный вопрос: что с этим делать?
Остатки пестицидов можно обнаружить везде: в воздухе, которым мы дышим, в продуктах, которые мы едим, в воде, которую мы пьём. Согласно имеющимся данным, ежегодно гербициды, инсектициды и фунгициды становятся причиной примерно 20 тыс. смертей и 385 млн отравлений во всём мире. Они сохраняются десятилетиями, уменьшая плодородие почв и приводя к появлению устойчивых к гербицидам сорняков, которые ставят под угрозу биоразнообразие.
На 20-м съезде Коммунистической партии Китая, который предоставил Президенту Си Цзиньпину беспрецедентный третий срок в качестве генерального секретаря, также произошли перестановки в руководстве, в результате которых технократы, ориентированные на рынок, были заменены сторонниками Си, что подняло вопросы о планах Китая в отношении своей шаткой экономики. В конце концов, чрезмерный госконтроль является проверенным и надежным рецептом для того, чтобы увязнуть в ловушке среднего дохода, которую китайские лидеры давно зареклись избегать.
Иногда за десятилетие изменений происходит меньше, чем за год, а бывают годы, которые по масштабности изменений превосходят десятилетия. Как раз такими можно назвать последние три года, отмеченные пандемией COVID-19, вторжением России в Украину и полномасштабным инфляционным кризисом, разыгравшимся на фоне обострения геополитической напряженности. Действительно, все слишком похоже на годы, предшествовавшие нефтяному кризису начала 1970-х, после которого на восстановление стабильности ушло около 20 лет. Можем ли мы на этот раз ускорить наступление нового витка прогресса?
Уже несколько недель жители Бишкека наблюдают необычную картину: улицы столицы Кыргызстана переполнены десятками тысяч хорошо образованных мужчин с европейскими чертами лица. Это граждане России, которые бегут от объявленной президентом Владимиром Путиным «частичной мобилизации» 300 тыс. резервистов для отправки на его войну с Украиной. Киргизский народ и правительство принимают их с открытыми руками.
Общенациональные протесты в Иране в защиту прав женщин и против злодеяний религиозной полиции нравов в очередной раз проливают свет на правящий класс духовенства страны и кажущуюся безграничной власть высшего руководителя – аятоллы Али Хаменеи.
В преддверии президентских выборов в Бразилии в следующем месяце президент Жаир Болсонару разрабатывает свою собственную версию «большой лжи» бывшего президента США Дональда Трампа – утверждение о том, что проигрыш на избирательных участках является мошенничеством. Придерживающиеся этой тактики должностные лица могут просто отказаться уступать, хотя им все равно придется покинуть свою должность. Но, что более опасно, они могут вызвать возмущение и даже спровоцировать насилие со стороны своих приверженцев.
Еще недавно ультраправые в Европе ассоциировались с убогими стариками, ностальгирующими по старым добрым временам порядка и ботфортов. Крайне правые политические партии во Франции и Италии, во главе которых сегодня стоят женщины, были основаны бывшими офицерами СС, ветеранами коллаборационистского правительства Виши и другими сомнительными фигурами, вышедшими из тени Второй мировой войны. То же самое относится к демократам в Швеции, которые на последних выборах набрали 20,6% голосов.
Несмотря на неопределенность, преобладающую на сегодняшнем глобальном энергетическом рынке, очевидным стало одно: правительства вновь подтверждают свою центральную роль. Мотив скорее прагматичный, чем идеологический, и детали варьируют от одной страны к другой, но тенденция не вызывает сомнений. Правительства всех политических мастей возвращают себе контроль над рынком, который в значительной степени оставался в руках частных фирм с лишь ограниченным регулированием. Во многих западных экономиках это, возможно, является самым крупным изменением в балансе государственной и частной экономической власти со времен Второй мировой войны.
