Нужны ли центробанкам резервы в биткоинах

Китай и многие крупные развивающиеся страны давно поняли риски чрезмерной зависимости от доллара США. Попытки уменьшить эту зависимости способствовали недавнему всплеску цены на золото, которая за год выросла примерно на 65%. Согласно этой логике, если диверсификация в сторону от доллара уже началась в виде накопления золота, почему бы не добавить в резервы центробанков ещё и биткоин? Это помогло бы укрепить портфель резервов и повысить устойчивость к финансовым санкциям США.

Такая идея не столь уже сумасбродна, как может показаться. Риск конфликта великих держав возрастает, а Китаю и Европе оказалось трудно повысить ликвидность и независимость платёжных систем в юанях и евро, поэтому привлекательность биткоина как политически нейтрального резервного актива может возрасти.

«Идеальная валюта»

Во многих отношениях биткоин – это идеальная валюта для фрагментированного и неопределённого глобального ландшафта. Впрочем, власти США сами быстро превращаются в одного из главных сторонников биткоинов, что в немалой степени объясняется огромным политическими расходами криптовалютного лобби. Мало кто выиграет от этого превращения больше, чем семья Трампа, которая может заработать миллиарды долларов благодаря криптовалютной политике администрации.

Да, биткоин остаётся очень волатильным. Его цена резко упала (с более чем $124 тысяч в октябре 2025 года до менее $65 тысяч сегодня), хотя цена золота продолжает расти. Это подчёркивает неопределённость краткосрочных перспектив биткоина.

Исходя из долгосрочных тенденций, ряд аналитиков полагают, что минимальная цена биткоина со временем установится на уровне выше $100 тысяч. Но биткоин существует менее 20 лет, а для долгосрочных экстраполяций обычно требуются данные как минимум за 100 лет. Золото же служит денежным активом уже тысячи лет, начиная с древней Лидии.

Согласно наиболее оптимистичным прогнозам, общая рыночная капитализация биткоина со временем сможет посоперничать с капитализацией золота, которая сейчас оценивается в $30-35 трлн. Поскольку предложение биткоина алгоритмически ограничено 21 млн монет, из которых примерно 93% уже добыты, его цена должна превысить $1,5 млн за монету, чтобы достичь такого уровня капитализации.

Единственная «равновесная» цена биткоина — ноль

С другой стороны, многие лауреаты Нобелевской премии по экономике и известные финансовые комментаторы полагают, что текущая оценка биткоина является чистой спекуляцией. Поскольку у биткоина нет присущей стоимости или фундаментального применения, они считают его единственной долгосрочной равновесной ценой – ноль.

Этот аргумент мог бы убедить, если бы биткоин оценивался исключительно за свою новизну – как форма блокчейн-искусства. Однако его среднесрочный обвал до нуля выглядит крайне маловероятным из-за роли криптовалют в глобальной подпольной экономике. Размеры этой экономики, включающей нелегальные операции (отмывание денег, торговля наркотиками, уклонение от налогов и так далее), обычно оцениваются выше $20 трлн, что ставит её в одну лигу с крупнейшими сетями кредитных карт.

Предположим, что биткоин захватит четверть этого огромного подпольного рынка, а его ценность для пользователей будет эквивалентна 2% комиссии, которая обычно взимается при транзакциях по кредитным картам. Это соответствует транзакционной стоимости в размере около $100 млрд в год. Если правильно этим воспользоваться, легко будет оправдать рыночную капитализацию $1 трлн, то есть около $50 тысяч за монету.

Надо признать, что на долю стейблкойнов, то есть криптовалют, привязанных к официальной валюте (обычно к доллару США), сейчас приходится основная часть криптовалютных транзакций. Но со временем привязанные к доллару стейблкойны будут, видимо, регулироваться так же, как и традиционные банковские инструменты (например, дебетовые карты), что позволит легко отслеживать транзакции до идентифицируемых лиц, причём даже в сложных схемах переводов.

Как только это произойдёт, подпольным пользователям, видимо, придётся вернуться к биткоину. Хотя есть тысячи альтернативных криптовалют, большинство из них угасли в последние годы, поскольку преимущества биткоина, первопроходца с обширной сетью и доказанной устойчивостью, позволяют ему значительно опережать конкурентов.

Если биткоин сохранит некую длительную роль в транзакциях, почему бы центробанкам развивающихся стран не диверсифицироваться с его помощью? Есть, конечно, серьёзные минусы. Во-первых, массовое внедрение криптовалют может уменьшить возможности сбора налогов государством. Эту проблему властям (и даже политикам США, заваленным спонсорскими взносами крипто-отрасли) рано или поздно придётся решать.

Более того, если во всех странах с крупной экономикой власти когда-нибудь последуют примеру Китая и запретят операции с криптовалютами, тогда даже оценку $50 тысяч биткоину будет трудно удержать. Так называемые крипто «биржи», подобные Coinbase, сильно облегчили для обычных людей владение биткоинами, обеспечив возможность их вывода в обычные деньги. Без них сетевой эффект, сильно повышающий цену биткоина, резко уменьшится.

Впрочем, ничего этого в ближайшее время не должно случиться. Сильная поддержка криптовалют администрацией Трампа и использование Америкой доллара в качестве оружия в виде финансовых санкций могут подтолкнуть некоторые центробанки к экспериментам с диверсификацией в биткоины. Однако заменить главную тихую гавань мира всё же будет нелегко. В итоге «новым золотом» может оказаться просто золото.

Кеннет Рогофф

Кеннет Рогофф – бывший главный экономист Международного валютного фонда, профессор экономики и государственной политики в Гарвардском университете, лауреат премии Deutsche Bank в области финансовой экономики 2011 года, соавтор (с Кармен Рейнхарт) книги «На этот раз всё будет иначе: Восемь веков финансового безрассудства» (Princeton University Press, 2011) и автор книги «Наш доллар, ваша проблема» (Yale University Press, 2025).