По одной из версий, США включились в войну с Ираном и по этой причине – на фоне стремительного роста популярности дубайского шоколада (в котором используются фисташки) Иран стал приобретать более значимый вес в поставках этого ореха, чего не потерпели в Вашингтоне.
Версия из разряда конспирологических, но тем не менее.
Аналитики предупреждают: перебои с поставками из страны, входящей в число крупнейших производителей ореха, могут привести к дефициту и росту цен уже в ближайшие месяцы.
По данным отраслевых оценок, Иран стабильно входит в топ-2 мировых производителей фисташек, конкурируя с США. На эти две страны приходится до 70–80% глобального экспорта, что делает рынок крайне чувствительным к любым сбоям, сообщает Fresh Plaza.
Издание со ссылкой на рыночных аналитиков уточняет, что урожай фисташек 2025 года составил около 712 тыс. тонн в США, около 135 тыс. тонн в Турции и примерно 225 тыс. тонн в Иране (в скорлупе) при общем объеме производства в мире в районе 1.1-1.2 млн тонн.
Экспорт под запретом — рынок без подушки безопасности
Ключевым триггером стал введённый Тегераном временный запрет на экспорт продовольствия, направленный на стабилизацию внутреннего рынка на фоне войны. «При затяжном сбое пострадает уже мировой рынок фисташки — здесь Иран один из ключевых игроков», — отмечают отраслевые эксперты.
Проблема в том, что рынок фисташек отличается низкой эластичностью предложения из-за нескольких факторов:
— новые сады требуют 5–7 лет до выхода на полную урожайность;
— альтернативные поставщики ограничены;
— запасы у трейдеров относительно невелики.
В результате даже краткосрочные перебои способны вызвать дисбаланс на рынке.
Не удивительно, что на этом фоне цены на фисташки резко пошли вверх. Аналитики предсказывают двузначный процентный рост закупочных цен уже в этом году с возможным дальнейшим ростом в следующем, если конфликт затянется.
Кроме того, затраты на логистику уже выросли значительно, для отдельных стран в 2-3 раза. А также наблюдается рост поставок через третьи страны.
Кто выигрывает — и почему этого недостаточно
Глобальный рынок фисташек оценивается примерно в $4–5 млрд ежегодно, однако его ключевая особенность — высокая концентрация производства. В отличие от массовых сельхозкультур, здесь нет широкой географии поставщиков, что усиливает волатильность.
Теоретически выиграть от ситуации могут производители из США, в частности фермеры Калифорния, на которых приходится основная часть американского урожая.
Однако эксперты подчеркивают, что передел не будет скорым и безболезненным. Текущие мощности в США уже близки к полной загрузке и быстро нарастить производство невозможно. Кроме того, часть урожая уже законтрактована заранее, поэтому пространства для маневра не столь уж много.
В результате даже США не способны полностью компенсировать выпадение иранских объёмов.
Дополнительный фактор риска — разрушение привычных логистических цепочек. Поставки всё чаще идут в обход — через Турцию, Китай и страны Центральной Азии, что увеличивает сроки доставки, снижает прозрачность рынка и повышает конечную стоимость
В этом смысле фисташки становятся ещё одним индикатором того, как региональные конфликты способны быстро трансформироваться в глобальные экономические риски — далеко за пределами энергетики.
