«Законы у нас хорошие»
По информации министерства труда и социальной защиты, за последние годы меры поддержки жертв насилия заметно усилились. Речь, в частности, идет о расширении сроков размещения жертв насилия в приютах — с трех до шести месяцев с возможностью продления до одного года.
Также были введены дополнительные каналы психологической поддержки, включая WhatsApp, Messenger, e-mail и видеозвонки. Министерство планирует увеличить число приютов для жертв насилия до 260.
С 2014 года в стране действует система специалистов по домашнему насилию. Рост выявленных случаев — с 2 400 в 2023 году до 10 800 в 2025 году — указывает на то, что проблема остаётся масштабной, хотя уровень выявляемости также растет.
В последние годы страна приняла значительное количество законодательных и нормативных актов в сфере борьбы с домашним насилием. Только за последние месяцы вступили в силу два крупных законодательных пакета, которые, в частности, ввели понятие фемицида, усилили уголовную ответственность за домогательства на рабочем месте и во время командировок, а также ужесточили наказания за преступления «онлайн-маньяков» в отношении детей.
«У нас уже предусмотрены все формы насилия в законодательстве Республики Молдова, сейчас необходимо просто обеспечить применение закона», — заявила вице-спикер Дойна Герман.
Нехватка ресурсов
Тем не менее, по заявлениям профильных министерств и ведомств, а также экспертов по правам человека, вызовы, в том числе нормативного характера, сохраняются.
Одна из ключевых проблем — нехватка специалистов и низкие зарплаты.
«Остро не хватает психологов. Зарплата психолога в социальной помощи — около 9 тысяч леев. И не в последнюю очередь — текущий уровень оплаты труда специалистов в социальной сфере является одним из самых низких в бюджетном секторе с учётом ответственности, сложности и профессионального выгорания», — заявила Феличия Бехтольдт, государственный секретарь министерства труда и социальной защиты.
С аналогичными проблемами сталкивается судебная медицина. Объём обращений растёт, однако человеческие и технические ресурсы остаются ограниченными. Механизмы межведомственного взаимодействия не всегда работают достаточно быстро и эффективно, особенно в части оперативного направления жертв на судебно-медицинскую экспертизу.
Директор Центра судебной медицины Иван Булгару считает необходимым укрепление сотрудничества между всеми вовлечёнными учреждениями — полицией, медицинской и социальной помощью, а также системой юстиции.
Электронный контроль
Специалисты считают необходимым расширить систему электронного мониторинга домашних насильников. За последние шесть лет под наблюдением находились около 4 200 агрессоров и 6 200 жертв. Инструмент показал эффективность — не было зафиксировано ни одного трагического случая при электронном мониторинге. Однако существуют серьёзные проблемы с закупкой устройств: в 2025 году было проведено четыре тендера, однако в Молдове отсутствует производство таких устройств.
«Кроме того, очень важно включить в Гражданский процессуальный кодекс обязательное вынесение охранного ордера в присутствии агрессора. Большинство ордеров сейчас выдаются в его отсутствие. А потому многие ордера не исполняются, потому что агрессор не знает о них или не уведомлён, и может покинуть страну, не имея запрета на выезд, а затем вернуться и снова совершить насилие», — отметил Виорел Сокиркэ, директор Национальной инспекции пробации.
Жертвы домашнего насилия освобождены от государственной пошлины при разделе имущества и других имущественных спорах, что устраняет финансовые барьеры при обращении в суд. Тем не менее механизмы компенсаций и защиты на практике работают слабо. В 2025 году министерство юстиции получило два заявления о компенсации, однако ни одно из них не было удовлетворено из-за сложности процедуры.
Поэтому минюст планирует упростить доступ к компенсациям и устранить чрезмерные требования, приведя нормы в соответствие с европейским законодательством, в частности — с Директивой ЕС о компенсации жертвам преступлений.
Эксперты признают, что с точки зрения уголовного процесса сложнее всего расследовать психологическое насилие. Правительство намерено создать и официально внедрить систему учёта агрессоров в семье, которая будет работать на постоянной основе.
Территориальный фактор
Важен и территориальный фактор: чем дальше от столицы и районных центров, тем более уязвимы жертвы.
«В сёлах все друг друга знают — примар, полицейский, соцработник часто являются родственниками или знакомыми. Женщина не доверяет системе, и никто не реагирует из-за этих связей», — говорит Дойна Иоана Страйстяну, адвокат, эксперт по правам человека. По её мнению, необходим единый стандарт реагирования на месте: многие жертвы отмечают, что к моменту прибытия полиции ситуация уже ухудшается.
Специалисты подчёркивают, что последствия насилия выходят за рамки уголовных и социальных механизмов и напрямую затрагивают сферу психического здоровья, включая кризисные психологические состояния и суицидальное поведение.
Меры профилактики самоубийств
По данным министерства здравоохранения, статистика по самоубийствам в Республике Молдова показывает снижение общего числа случаев с 359 в 2022 году до 255 в 2025 году. По мнению начальника юридического управления министерства здравоохранения Максима Донича, эта тенденция говорит «о положительном влиянии мер профилактики». Снизилось и количество попыток самоубийства.
«Однако проблема остаётся серьёзной. Люди в возрасте 30–69 лет представляют наиболее высокий риск, независимо от пола, что указывает на концентрацию явления среди взрослого населения», — отмечает Донич.
Активист за права мужчин, предприниматель Евгений Назаров при этом обращает внимание на другую статистику: число случаев самоубийств среди мужчин в разы превышает показатели среди женщин. Он отметил, что в Молдове практически не проводятся комплексные научные исследования в этой области.
По его словам, в стране существует множество государственных и неправительственных организаций, занимающихся проблематикой женщин, однако вопросам, связанным с мужчинами, уделяется значительно меньше внимания.
«Хайп» на несчастье
Случай Людмилы Вартик, по мнению Назарова, выявил и ещё одну проблему, которую он называет «позорным явлением» — спекуляции и политизацию трагедии.
«Самоубийство любого человека — это чудовищное событие! Любого! И даже независимо от причин. При этом именно этот случай политизирован всеми сторонами. И это позорное явление, вскрывающее ментальную деградацию общества — не хайпанул только ленивый. Все. кому не лень, лезут и танцуют на её костях. У всех уже полная уверенность, что вот они-то знают правду. Все давят на следствие и правосудие, включая президента и парламент, что само по себе уже незаконно и неконституционно. Происходящее вокруг её самоубийства — это хайп и беззаконие, в том числе со стороны тех, кто эти законы пишет и обязан защищать. Я как активист призываю не давить на следствие, а следствие призываю к профессионализму и объективности.», — поделился Евгений Назаров.
